Рауф Арашуков, бывший сенатор, который отбывает пожизненное заключение в оренбургской исправительной колонии №6, известной как «Черный дельфин», пытался добиться привилегированных условий содержания. Согласно материалам уголовного дела о даче взятки сотрудникам учреждения, Арашуков требовал поставок посылок с товарами исключительного качества и постоянно подчеркивал свое финансовое благосостояние.
В ходе допросов осужденный систематически упоминал о своих обширных финансовых возможностях, утверждая, что у его посредника имеются средства, значительно превышающие изъятые три миллиона рублей, которые могли быть спрятаны. На этом основании Арашуков настаивал на получении элитных товаров, для приобретения которых выделял крупные суммы.
Прокуратура, подтвердив заявления экс-сенатора о его состоятельности, на апелляционном заседании ходатайствовала об увеличении штрафа Арашукову со 120 до 420 миллионов рублей, что эквивалентно 70-кратной сумме взятки. Тем не менее, судебная коллегия отклонила данное ходатайство, посчитав первоначально назначенный штраф адекватным.
Изначально Арашуков предлагал сотрудникам «Черного дельфина» денежное вознаграждение в размере пяти миллионов долларов США за «особое обращение». Позднее сумма была скорректирована: экс-сенатор планировал передать пять миллионов рублей начальнику УФСИН России по Оренбургской области и еще один миллион рублей руководителю оперативного отдела колонии. В обмен на эти средства он требовал неограниченные телефонные звонки, свидания, посылки, а также право выбора места работы и сокамерника.
Рауф Арашуков был задержан 30 января 2019 года прямо на заседании Совета Федерации. Впоследствии он и его отец, Рауль Арашуков, бывший советник гендиректора «Газпром межрегионгаза», были признаны виновными в организации преступного сообщества, заказных убийствах и крупных хищениях. Суд приговорил обоих к пожизненному лишению свободы.
В рамках отдельного судебного разбирательства, экс-сенатор был приговорён к дополнительным 10 годам заключения за дачу взятки в три миллиона рублей сотрудникам колонии с целью улучшения условий своего содержания.