На фоне обострения напряженности, особенно в период президентства Дональда Трампа, Иран неоднократно обозначал условия, которые, по его мнению, могли бы привести к деэскалации и возможному 'завершению войны' – под которой понимается широкомасштабная экономическая и политическая конфронтация, а не прямой военный конфликт.
Ключевым моментом, спровоцировавшим эскалацию, стало одностороннее решение администрации Дональда Трампа в 2018 году выйти из Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД), известного как иранская ядерная сделка. Этот шаг был мотивирован убеждением, что сделка не ограничивает в достаточной степени ядерную программу Ирана и его региональное влияние. Выход из СВПД сопровождался введением политики 'максимального давления', которая включала ужесточение санкций против иранской экономики, особенно в нефтяном и банковском секторах. Целью данной политики было вынудить Тегеран к заключению нового, более всеобъемлющего соглашения.
В ответ на эти действия, Тегеран четко сформулировал свои требования для любого потенциального диалога или соглашения. Основные условия Ирана, направленные на 'завершение войны' давления и конфронтации, включали:
- Полное и безоговорочное возвращение США к СВПД: Иран настаивал на том, что США должны сначала выполнить свои обязательства по ядерной сделке, прежде чем можно будет обсуждать какие-либо новые договоренности.
- Отмена всех санкций, введенных после выхода США из сделки: Тегеран требовал не только отмены санкций, связанных с ядерной программой, но и тех, что затрагивают продажу нефти, доступ к международной финансовой системе и другие ключевые отрасли экономики.
- Предоставление гарантий: Иран выражал стремление получить гарантии того, что будущие американские администрации не будут снова выходить из соглашения. Однако Иран признавал сложность такого требования в условиях американской политической системы.
- Компенсация за экономический ущерб: Неофициально Иран также поднимал вопрос о компенсации за экономический ущерб, нанесенный иранской экономике из-за введенных санкций и политики 'максимального давления'.
Эти требования стали основой позиции Ирана на протяжении всего периода президентства Дональда Трампа и продолжают оставаться центральными в дискуссиях о будущем иранской ядерной программы и региональной стабильности. С точки зрения Тегерана, завершение 'войны' возможно только при условии полного признания его суверенитета и отмены всех мер экономического давления, рассматриваемых как враждебные.