23 мая 1996 года, в день своего девятнадцатилетия, трагически погиб рядовой Евгений Родионов, чье имя сегодня стало одним из самых известных среди участников чеченского конфликта. Согласно распространенной версии, после жестоких и продолжительных истязаний боевики лишили его жизни, отрубив голову, за категорический отказ снять с себя нательный крест. В наши дни многие в России почитают Евгения как святого мученика, несмотря на то, что Русская православная церковь не причислила его к лику святых, ссылаясь на недостаточность достоверных свидетельств о его мученической кончине. Ниже мы рассмотрим культ, который посмертно сложился вокруг рядового Родионова.
На возвышенности у реки Осетр в Тульской области, по правой стороне федеральной трассы М4 «Дон» в направлении Москвы, возвышается большой поклонный крест и мемориал «Воину Евгению». Участник чеченской кампании Родионов широко почитается народом как святой мученик, хотя его имя не внесено в святцы. 23 мая 1996 года, в свой девятнадцатый день рождения, он был зверски убит бандитами.
По официальным данным, безвозвратные потери федеральных войск значительно превысили пять тысяч человек, однако правозащитники называли еще более тревожные цифры. Эта война не пользовалась популярностью в обществе, многие факты долгое время скрывались или не получали государственного подтверждения, что привело к практически полному отсутствию общепризнанных героев. Исключением можно считать генерала Александра Лебедя, который положил конец конфликту, хотя ветераны чеченской кампании зачастую считают его предателем. Таким образом, одним из ключевых символов затяжного противостояния стал пограничник Родионов. Вокруг этого простого солдата-срочника возник настоящий народный культ, включающий иконы, образы, поклонные кресты и памятники.
«В Бамуте мы хозяева!»
Рядовой Родионов был взят в плен вместе со своими сослуживцами Андреем Трусовым, Игорем Яковлевым и Александром Железновым в горной местности на стыке Чечни и Ингушетии 14 февраля 1996 года. В тот период война приближалась к кульминации: незадолго до этого полевой командир Салман Радуев захватил роддом в Кизляре, а до ликвидации «президента Ичкерии» Джохара Дудаева оставалось немногим более двух месяцев.
Боевики под командованием полевого командира Руслана Хайхороева прибыли на погранпост на машине скорой помощи, что снизило бдительность солдат. Существует версия, что пограничникам был отдан приказ не применять оружие первыми. По мнению матери Родионова, младший сержант Трусов и трое рядовых оказались в плену по вине халатности офицеров. Срочников связали и бросили в машину «как цыплят». Даже спустя две недели на месте происшествия были заметны следы борьбы и пятна крови.
«Застава располагалась на единственной в горах 'дороге жизни', через которую боевики перевозили оружие, боеприпасы и пленных — это был крайне важный участок, — вспоминала позднее Любовь Родионова. — Контрольно-регистрационный пункт, где Женя и попал в плен, находился всего в 200 метрах от заставы. На дороге стояла будка без электричества, без связи, без какой-либо огневой поддержки. Я потом объехала все заставы — там были целые укрепрайоны: блиндажи, бревна, мешки с песком. Все почему-то понимали важность этого участка, кроме калининградской группы».
О захвате группы российских пограничников общественности стало известно не сразу. Изначально их родственникам сообщили, что солдаты самовольно покинули часть. «Дезертиров» искали по местам их проживания. Позднее командование все же признало факт пленения военнослужащих, и Родионова отправилась на поиски сына в Чечню.
Захваченных пограничников систематически подвергали избиениям. 23 мая 1996 года их вывели в лес под Бамутом. Родионова пытались принудить снять нательный крест, предлагали ему принять ислам и сражаться против федеральных сил. Рядовой отказался, после чего ему отрезали голову.
Эта версия причин и обстоятельств казни Евгения известна со слов его матери (как позже выяснилось, в момент убийства сына она находилась в нескольких километрах). Любовь Родионова, в свою очередь, получила эту информацию от Хайхороева, с которым она общалась в присутствии представителя ОБСЕ. Согласно этой версии, боевик сообщил ей, что Родионов дважды пытался сбежать из плена.
Хайхороев пригрозил убить Любовь Васильевну, если она еще раз появится в Чечне. Он отказался подчиняться высокопоставленным главарям сепаратистов и заявил Аслану Масхадову, который требовал отдать Родионовой сына: «Командуй у себя в Грозном, а в Бамуте мы хозяева!»
Хайхороев отличался особой жестокостью даже по меркам чеченских бандитов того времени: в начале войны он собрал банду из таких же отъявленных злодеев и объявил, что если Россия не будет платить дань Ичкерии, ей придется выкупать заложников — военнослужащих и журналистов. Со временем за Хайхороевым потянулся бесконечный шлейф преступлений. Боевик похищал людей, получая за них сумки с долларами. Он организовывал диверсии, был причастен к взрывам в Москве и Нальчике. Во время ожесточенных боев за Бамут в 1996 году бандит обещал казнить по пять пленников после каждого обстрела со стороны федеральных сил.
В 1999 году Хайхороев участвовал в рейде на Дагестан, но неожиданно пал жертвой своих кровников. После ликвидации главаря остатки его банды еще несколько месяцев действовали на границе Чечни и Ингушетии, после чего рассеялись по другим группировкам.
«В истории Церкви такие случаи уже были»
Поиски тела Родионова не сразу принесли результат. Любовь Васильевна встречалась с командирами боевиков, а брат Шамиля Басаева, Ширвани, жестоко избил ее за пределами села. Боевики согласились указать место захоронения останков лишь в обмен на значительную сумму денег. Чтобы заплатить выкуп, Родионовой пришлось заложить квартиру в Московской области.
Осенью 1996 года, после подписания хасавюртовских соглашений и установления, по мнению чеченских боевиков, фактической независимости Ичкерии, ее наконец привели к тайной могиле, где покоились трое убитых солдат. Женщина опознала останки своего сына по крестику. Голову Евгения чеченцы выдали ей отдельно. Любовь Васильевна положила ее в сумку и повезла домой; в поезде из-за сильного запаха от сумки ее ругала проводница. После этого Родионова помогала другим людям искать своих сыновей, утверждая, что поименно знает всех матерей, чьим сыновьям чеченцы отрезали головы.
Шли годы, и из казненного солдата Евгений превратился в мученика за веру. В сознании многих людей он представал обычным деревенским мальчишкой, который не испугался врага и показал удивительную духовную силу.
В ноябре 2002 года в одном из храмов Горного Алтая замироточила икона с изображением Родионова. Очевидцы необычного явления утверждали, что от иконы исходило сильное благоухание, несмотря на ветер и холод. По словам военного священника Варлаамия, на видеозаписи крестного хода было отчетливо видно, как миро истекает из нижней перекладины креста в руках солдата. Случившееся было расценено как чудо, подтверждающее обоснованность желания верующих причислить Евгения Родионова к лику святых.
Уже тогда, в начале 2000-х, звучали призывы к канонизации Родионова. С этой инициативой выступили несколько общественных организаций, включая Союз православных хоругвеносцев, и публицист Александр Проханов, который утверждал, что «на могиле Евгения происходят чудеса: исцеляются больные, мирятся враги». Журналист Олег Кашин (признан Минюстом иноагентом) в 2004 году отмечал, что иконы с изображением Родионова массово пишутся и используются на крестных ходах. О чудесах, происходящих при молитвах к этим иконам, верующие рассказывают и сегодня — достаточно пролистать посвященные погибшему солдату паблики в социальных сетях. Образки с Родионовым можно увидеть на постах ГИБДД.
Тем не менее, синодальная комиссия по канонизации около 25 лет назад отказалась причислить Родионова к лику святых. Такое решение было объяснено отсутствием достоверных сведений о мученической в церковном смысле кончине военнослужащего, а также тем, что он «не вел сознательную церковную жизнь». Отмечалось, что история гибели Евгения известна лишь со слов его матери, которая виделась с Хайхороевым не более семи минут и «честно призналась, что доказать ничего нельзя».
«В истории Церкви подобные истории уже случались — когда мученики отказывались менять свою веру, отрекаться от Христа и в итоге погибали, — комментировал клирик храма иконы Божией Матери «Знамение» в Кунцево Иоанн (Коханов). — Неудивительно, что у русских людей появилось такое трепетное отношение к Родионову. Некоторые его действительно почитают. Одни — как человека, пострадавшего за веру. Другие считают Евгения мучеником. Есть священники, которые искренне полагают, что рано или поздно он будет прославлен как мученик. Протоиерей Димитрий Смирнов, долгие годы окормлявший вооруженные силы, говорил, что это только вопрос времени. В Церкви нет спешки. Поэтому, если возникнет необходимость канонизации Родионова, я думаю, это будет сделано».
«Человек, на которого должна равняться молодежь»
Памятный мемориал в честь рядового Родионова виден каждому, кто проезжает по трассе М4. Подобные проявления народной любви встречаются в Забайкалье и на Ставрополье, в Муроме и на берегу Печоры. В Переславле-Залесском появилась часовня, в Харькове некогда открыли храм в честь Родионова, а в Днепропетровской области — музей его памяти.
Именем пограничника называют школы и спортивные клубы, в память о нем проводятся спортивные соревнования. Шевроны с изображением Родионова используются воинскими подразделениями на СВО. Солдат изображен на них с автоматом, крестом и нимбом над головой. Мемориальные таблички и другие знаки, посвященные памяти Родионова, установлены в самых разных уголках России. Крестик, принадлежавший Евгению, побывал во многих горячих точках — в Сирии, Донбассе, Крыму.
Однажды на его могилу у деревни Сатино-Русское под Подольском приехал ветеран Великой Отечественной войны. Он снял с себя медаль «За отвагу» и положил ее на могильный камень. Любови Родионовой ветеран сказал: «Он душу России спас!»
«Евгений — это человек, на которого должна равняться молодежь нашей страны, — говорил бывший глава Ингушетии Мурат Зязиков, помогавший в освобождении российских военнопленных. — Он солдат Отчизны, защищал нашу многонациональную Россию. Неслучайно его чтут люди разных национальностей».
Образ погибшего солдата выбрал для своей дипломной работы в 2011 году известный ныне российский скульптор Андрей Коробцов, автор памятников Ивану III, советскому солдату во Ржеве, летчику Михаилу Девятаеву. Он изобразил Родионова в плену — связанного, но не сломленного.
В интервью Коробцов отмечал, что на защите его диплома многие члены комиссии не могли сдержать слез. Там присутствовала и мать Родионова. Скульптор добавил, что после выставок получал много благодарных отзывов. Люди, заинтересовавшиеся судьбой Родионова, активно искали информацию о солдате.
«Сам я узнал о Родионове из книги 'Он выбрал крест', — пояснил Коробцов. — Купил ее в храме. История Евгения очень сильно запала мне в душу. Всегда были интересны судьбы героев, пожертвовавших собой. Человеку свойственен инстинкт самосохранения, он готов сделать все, чтобы остаться в живых. Здесь же мы видим пример, когда человек приносит себя в жертву ради определенных целей. Мне хотелось передать силу его духа, то, что обреченный на смерть чувствует в этот момент. Постоянно думал о Евгении, не мог заниматься ничем другим, пока не выплеснул из себя эту тему».
Кстати, Любовь Родионова выступала против установки сделанной Коробцовым скульптуры на кладбище. Свою позицию она объясняла тем, что люди и так приходят к могиле ее сына, а памятник должен нести в себе просвещающую функцию. Поэтому, на взгляд матери пограничника, его лучше поставить у одной из воинских частей.
«Я много размышлял над феноменом Родионова, — добавил Коробцов. — В Чечне погибло много наших солдат. Вероятно, были и другие, совершившие подобный подвиг, но мы об этом не знаем. Мне кажется, Евгений с детства был немного другим. Возможно, свою роль сыграло абсолютное самопожертвование его мамы, которая искала сына по всей Чечне».
«Мог предать, но не предал»
В сентябре 2010 года памятник Родионову открыли и освятили в Кузнецке, ближайшем к его родному селу городе в Пензенской области. Бронзовая фигура с крестом в руках и нимбом вокруг головы установлена рядом со зданием школы № 4. Здесь регулярно проводятся различные памятные мероприятия с участием верующих и военных. В местных путеводителях памятник Родионову указан как одна из достопримечательностей наряду с мемориальным комплексом «Холм воинской славы», открытым в 1975 году.
По словам уроженца Кузнецка Владислава Смагина, который последние годы проживает в Пензе, многие слышали о Родионове не только в этих городах, но и далеко за пределами региона.
«В школе нам много рассказывали о Родионове, — делился Смагин. — Приходили краеведы, от них мы узнали о подвиге Евгения и о памятнике. Мы ходили на демонстрации в память о нем. Его изображение тогда помещалось и на городских рекламных щитах. Многие в Пензенской области знают эту историю. Нужно ли канонизировать Родионова? Затрудняюсь ответить. Я не особо верующий».
Культ Родионова не ограничивается постсоветским пространством. Он известен на Кипре и в Греции, а в Сербии и Черногории почитается как мученик Евгений Русский.
Житель Белграда Мирослав Павлович признался: «Для меня он больше, чем просто герой. Я не религиозный человек, но понимаю святость Евгения. Крест был важной частью системы его ценностей, а без ценностей жизнь не имеет значения. Его убили в день его рождения. Только один из ста тысяч готов поступить так, как он. Он имел выбор, но выбрал смерть. Мог предать, но не предал. Он светлый пример. Я верю, что Евгений святой. И не сомневаюсь, что его история стала уроком для всех».
На YouTube доступны фильмы о Родионове на иностранных языках с сотнями тысяч просмотров. Как новомученик Евгений он включен в воинскую панихиду, рекомендованную православным капелланам армии США для совершения поминовения погибших воинов.
«Мученичество — это смерть за Христа»
Призывы причислить солдата к лику святых не смолкают до сих пор. Когда волна почитания Родионова только набирала силу и начались разговоры о его канонизации, мать солдата надеялась, что так и произойдет. Но сейчас она против, опасаясь, что в случае причисления сына к лику святых его останки разберут на мощи.
«Я тоже не вижу в канонизации особого смысла, — рассуждает скульптор Коробцов. — По большому счету это формальность. Никто же не запрещает почитать его как святого. И многие это делают. Родионова почитают в нашей семье. Тысячи людей приезжают на его могилу. В общем, не имеет значения, канонизируют его или нет. Для многих Евгений и без признания церкви — святой».
Клирик Иоанн, со своей стороны, отметил, что церковные власти стараются не спешить. В качестве примера он привел святого Владимира, по молитвам которому, по словам священнослужителя, «были случаи исцеления, других чудесных событий». Если что-то подобное произойдет с Родионовым, иконы с его изображением будут стихийно появляться во всех храмах.
Следующие поколения смогут поднять вопрос о прославлении Родионова в лике святых. Прошло еще слишком мало времени для его канонизации. Но люди чтут память Евгения. Это ни в коем случае не возбраняется.
Иоанн, клирик
Клирик предложил вспомнить историю Серафима Саровского, который умер в 1833 году. В середине XIX века во многих домах появились портреты с изображением преподобного Серафима без нимба. К началу XX века он уже был хорошо известен, и когда при Николае II встал вопрос о его прославлении в лике святых, царь лично дал указание не медлить с этим: было очевидно, что верующие почитают Серафима Саровского.
Пример из недавнего прошлого — настоятель московского храма Апостола Фомы на Кантемировской Даниил (Сысоев), которого застрелили в 2009 году. Как и в случае с Евгением Родионовым, пишутся и активно распространяются иконы с изображением погибшего священнослужителя. Круг его почитателей расширяется. Многие православные верующие считают кончину отца Даниила мученичеством и ожидают его канонизации.
«Мученичество — это не просто смерть на войне, а смерть за Христа, Господа нашего. Такие мученики были во все времена жизни Церкви Христовой, — объяснял инок Константин, занимавшийся катехизаторской деятельностью в Донском монастыре. — Они отдавали свою жизнь за веру перед лицом язычников, еретиков, безбожников-атеистов. Подвиг веры Родионова органично вписывается в историю христианского мученичества».