В сети — «Лики смерти». Когда-то фильмы с этим знаменитым названием запрещали и передавали из рук в руки. Чем пугает новый хоррор?

В мире появился новый фильм под знаменитым названием «Лики смерти». Когда-то оригинальные картины, балансирующие на грани снафф-видео, вызывали скандалы и запреты, передавались из рук в руки как запретный плод. Теперь же франшиза возвращается в формате ужастика, где маньяк воссоздаёт жестокие сцены из легендарного оригинала с живыми жертвами. Давайте разберёмся, каким получился этот фильм, в котором снялись звезда «Эйфории» Барби Феррейра и Чарли ХСХ.

Марго Ромеро (в исполнении Барби Феррейры, чьё имя идеально подходит для героини хоррора) работает модератором контента для онлайн-платформы коротких видео Kino. Её по большей части механическая работа резко прерывается видеороликом, на котором группа манекенов обезглавливает живого человека. Это короткое видео явно тщательно подготовлено и снято, а закадровый голос, наложенный на него, имеет отчётливый ретро-эффект.

Пока коллеги Марго отмахиваются от увиденного, её сосед по комнате Райан моментально считывает аллюзию на легендарный псевдодокументальный фильм «Лики смерти». Из того жуткого видео позаимствованы и закадровый голос, и методы, которыми неизвестный убийца расправляется со своими жертвами. Вскоре подобных роликов становится всё больше, и у маньяка в белой маске и красных линзах появляются преданные поклонники на онлайн-форумах. Пытаясь предать его действия огласке, Марго, как водится, сама становится мишенью.

Оригинальный фильм «Лики смерти» 1979 года действительно стал культовым и со временем превратился в целую полупиратскую франшизу. В нём были показаны (преимущественно постановочные) видеозаписи гибели людей и животных, озвученные размышлениями вымышленного автором картины Джона Алана Швартца патологоанатома Фрэнсиса Б. Гросса (Майкл Карр). При скромном бюджете в 67 тысяч долларов «Лики смерти» в 1970-х годах собрали в прокате невероятные 35 миллионов.

Позднее под этим брендом вышло ещё семь аналогичным образом сфабрикованных фильмов.

На кассетах с оригинальными «Ликами смерти» красовалась этикетка, гласившая, что фильм запрещён к показу в 48 странах. Так сложилась репутация этой удивительной и совершенно дикой франшизы. Новейшее пополнение оказалось достойным: если бы «Лики смерти», снятые Дэниелом Голдхабером, выходили на видеоносителях, на обложке следовало бы пометить, что фильм шёл к зрителю долгих три года.

Фильм «Лики смерти» был полностью готов ещё в 2023 году, а его премьеру должен был принять фестиваль SXSW в марте 2024 года. Однако показы были отменены без объяснения причин, и для Голдхабера и его команды началась, как выражается режиссёр, «битва с цензурой». В итоге картину взял под своё крыло стриминговый сервис Shudder, специализирующийся на фильмах ужасов — его логотип позволяет увериться в том, что «Лики смерти» добрались до публики в первозданном виде. Забегая вперёд: на Shudder выходили фильмы и посмелее, и пострашнее.

Что касается производственных трудностей, то они для Голдхабера не в новинку. Прошлый фильм Дэниеля назывался «Как взорвать трубопровод», и нет ничего удивительного в том, что на него режиссёр некоторое время не мог найти финансирование. В итоге помогла поездка на Каннский кинорынок — там провокационную картину поддержали, несмотря на недописанный сценарий.

Над «Ликами смерти» Голдхабер работал вместе соавтором своего первого фильма «Веб-камера» — бывшей вебкам-моделью Исой Маццеи.

Даже такого беглого взгляда на творческую биографию Голдхабера достаточно, чтобы примерно понять сферу его интересов. Каждый из трёх его фильмов с разных сторон исследует механику воздействия на публику того, что обычно называют «шок-контентом». Эти картины гармонично смотрятся в смысловом ряду порядком надоевшего, но не сдающего позиций «возвышенного хоррора». Некий сверхъестественный элемент присутствует только в «Веб-камере», в котором модель сражается с собственным двойником, но для Голдхабера и это оказывается поводом в первую очередь поговорить о проблемах общества. Бесы, черти и прочая нечисть для него не более чем ясные публицистические образы.

Зло живёт в сети — такова ключевая мысль, которую вложил в «Лики смерти» совсем ещё не старый 34-летний постановщик. С тем, что ленты соцсетей с короткими видео — абсолютное, отупляющее зло, трудно не согласиться. Эту нехитрую, самоочевидную мысль Голдхабер снабжает нарастающим шквалом праведной ярости — так устроена драматургия новых «Ликов смерти». На словах выглядит глуповато, но в фильме ужасов такое вполне допустимо. Схожим образом была устроена, например, нашумевшая «Субстанция», в которой всё более дикие образы столь же настойчиво били в одну и ту же очевидную точку. Несмотря на кассовые и фестивальные успехи, мир киноужасов значительной частью лежит за границей маргинальности, а потому это чуть ли не единственный зрительский жанр, в котором вполне допустима чистая живопись. К такому подходу располагает и само название «Лики смерти».

Однако Голдхабер предпочитает концептуализм и на сей раз создал конструкцию, которая почти полностью состоит из узнаваемых элементов франшизы «Крик» и фильма «Дом, который построил Джек». Поздний шедевр Ларса фон Триера ближе к концу здесь процитирован почти дословно, а злодей тоже исследует пределы искусства и потребности аудитории. Выводы, правда, выходят побанальнее: если вкратце, то публика, одурманенная бесконечным потоком видеоконтента, заземляется при помощи ремейков культовой классики. Здесь картина естественным образом ступает на территорию «Крика», где и остаётся топтаться около полутора часов.

Зернистая картинка и страшные «тиктоки» некоторое время держат напряжение, но скрыть недостаток фантазии, чувства юмора и элементарных ремесленных навыков не могут ни действительно остроумно придуманные казни, ни Чарли ХСХ в эпизодической роли коллеги Марго. Ужасаться моральной инфляции интернет-пользователей было пошло и в 2024-м, и в 2004-м. Впрочем, проблема новых «Ликов смерти» не в интеллектуальной несостоятельности (которая, повторимся, вполне допустима для автора ужастика), а в том, что этот фильм слишком легко проигрывает закадровой реальности, чтобы всерьёз её критиковать.