Бернхэм отменил спорные планы по ограничению суда присяжных

Премьер-министр Энди Бернхэм отменил спорные предложения об ограничении некоторых судебных разбирательств с участием присяжных.

Правительство сэра Кира Стармера ранее выдвигало инициативы, позволяющие судьям единолично выносить решения по делам, предусматривающим наказание менее трёх лет лишения свободы. Министерство юстиции уточняло, что судьи единолично будут рассматривать лишь сложные дела о мошенничестве и финансовых преступлениях. Тысячи преступлений средней тяжести должны были остаться под юрисдикцией мировых судей, которые заседают без присяжных.

Алекс Норрис, министр юстиции, заявил, что изменил курс, услышав «силу настроений». Криминальные юристы приветствовали это решение; Консерваторы назвали его «крупной победой» для тех, кто защищал суд присяжных.

Бывший министр юстиции Дэвид Ламми впервые объявил о планах в декабре, следуя рекомендации крупного обзора судебной системы Англии и Уэльса. Серия радикальных реформ, включавшая сокращение судов присяжных, позиционировалась как лучший способ справиться с рекордным скоплением дел, что, в свою очередь, усугубляло кризис переполненности тюрем.

Это скопление дел, приведшее к беспрецедентным задержкам для обвиняемых и потерпевших, на данный момент составляет почти 81 000 случаев. Рост произошёл в основном из-за сокращений до пандемии и закрытия судов во время национальных локдаунов. Официальные прогнозы показывают, что число дел может достичь 100 000 до следующих всеобщих выборов, а в худшем сценарии – удвоиться к 2035 году.

Тем не менее, есть признаки стабилизации скопления дел, поскольку правительство выделило неограниченное финансирование для привлечения большего числа судей в ранее неиспользуемые суды.

Согласно первоначальным планам, Ламми хотел зарезервировать суды присяжных только для наиболее серьёзных «обвинительных» преступлений – то есть дел, которые всегда направляются в Королевский суд, включая убийства и изнасилования. Менее тяжкие преступления, предусматривавшие срок не более трёх лет, судья рассматривал бы единолично в Королевском суде. Ещё менее тяжкие дела оставались бы в мировых судах, лишая обвиняемых права просить суд присяжных, если они считали это своим лучшим шансом на оправдание.

Эти предложения вызвали широкое негодование в криминально-правовом сообществе. Многие противники утверждали, что подрыв 800-летнего права на суд присяжных не решит проблему скопления дел.

Норрис подтвердил свою приверженность сокращению числа нерассмотренных дел и обеспечению более быстрого правосудия. Но добавил: «Я услышал силу настроений по предложениям об увеличении числа судебных процессов, рассматриваемых единолично судьёй в Королевском суде, и принял решение изменить курс. Это позволит нам начать эту работу гораздо раньше, гарантируя, что при этом правительстве жертвам не придётся бесконечно ждать правосудия. Задержка правосудия равносильна его отрицанию. Я обязуюсь максимально повысить эффективность нашей системы наряду с рекордными инвестициями. Я по-прежнему привержен структурной реформе, что крайне важно для сокращения скопления дел».

Эндрю Томас, королевский адвокат и председатель Ассоциации адвокатов по уголовным делам, представляющей барристеров в королевских и мировых судах, выразил «восторг» профессионального сообщества. «Правосудию нужны присяжные», — сказал он. «Ничто не вызывает большего общественного доверия, чем 12 обычных граждан из всех слоёв общества, совместно решающих факты дела. Мы также рады, что правительство продвигает важные изменения в законопроекте для защиты жертв и свидетелей на суде. Они включают новые полномочия по предотвращению несправедливых вопросов о поведении заявителя и поддержке свидетелей для дачи максимально полных показаний».

Но Томас предупредил: планы оставить больше дел средней тяжести за мировыми судьями, отменив право обвиняемых на суд присяжных, могут обернуться провалом, прежде всего из-за нехватки самих судей. «Предложение лишить обвиняемых права выбирать суд Королевского суда в сочетании с удвоением полномочий мировых судей по вынесению приговоров до двух лет вывело бы 25 000 дел в год, включая 5 500 судов присяжных, из Королевского суда», — сказал он. «Это не мелкие правонарушения. Они включают серьёзные и деликатные дела, такие как нападения, сексуальные посягательства, жестокое обращение с детьми и тяжкие телесные повреждения. Наши мировые судьи-добровольцы выполняют отличную работу, но они абсолютно не подготовлены к рассмотрению сложных, многодневных процессов. Это было бы катастрофой, если бы они попытались это сделать, особенно сейчас».

Барристер Карл Тёрнер, депутат-лейборист, отстранённый от парламентской фракции за критику правительственных планов по реформе судов присяжных, поблагодарил Бернхэма «за поддержку во время моей кампании».

Теневой министр юстиции Ник Тимоти заявил: «Это крупная победа для всех, кто боролся за защиту суда присяжных, и Консерваторы возглавляли эту борьбу с первого дня. Лейбористы были вынуждены отказаться от своей главной атаки на суды присяжных в Королевском суде».