«Был классным дедушкой»: Объехал десятки тюрем, снимал обнаженных и отказал Ельцину. Как опер стал самым именитым репортером России

Челябинский фоторепортёр Сергей Васильев (1936–2021) — единственный в мире обладатель пяти высших наград конкурса World Press Photo Award «Золотой глаз», эквивалента фотографического «Оскара». Васильев придерживался классической школы фотографии, снимал исключительно на плёнку, не использовал цифровую обработку и особенно ценил чёрно-белые снимки. Ниже мы расскажем, как челябинский участковый милиционер стал всемирно известным фотографом. Многие фотографии, предоставленные внучкой мастера Елизаветой Фурдиловой, публикуются впервые.

«Лучшие кадры — на укрепление советской милиции»

«Я родился в чувашской деревне Малые Кибечи, в крестьянской семье. Мой отец был конюхом в колхозе, где за один трудодень ему давали стакан муки, — вспоминал Сергей Григорьевич Васильев. — Когда началась Великая Отечественная война, отец сел на свою единственную лошадь и поехал на войну. Погиб осенью 1941 года, хотя моя мама до конца войны верила, что он вернётся. Нас было четверо детей: старший брат, старшая сестра и младшая сестра, которую мама оставляла на нас, когда уходила на работу. Мы были постоянно голодные. Помню, весной ходили выкапывать с полей остатки прошлогодней картошки. Мама потом пекла из неё лепёшки. А хлеб пекли, мешая муку с отрубями и лебедой».

Этот рассказ знаком многим, кто пережил войну в детстве. Они до конца жизни помнили голод и жажду насытиться. Сергей Григорьевич писал, как, устроившись рабочим-ремонтником на железную дорогу после школы, он впервые наелся хлеба вдоволь:

Получив первую зарплату, купили мы с другом хлеба белого и чёрного. Сидим и откусываем сначала чёрный, потом заедаем белым. Как вкусно это было!

В 1955–1957 годах Васильев служил в зенитной батарее ПВО Челябинской области. После демобилизации он отправился с товарищами на комсомольскую стройку «Стан 820» Челябинского трубопрокатного завода, где впервые начали производить трубы большого диаметра для газопроводов.

В армии Васильев стал кандидатом в члены КПСС, а на заводе вступил в партию. Когда прозвучал призыв направить «лучшие рабочие кадры» на укрепление советской милиции, райком партии пригласил Васильева и предложил работать в «органах». В 1962 году он окончил Елабужскую спецшколу милиции. Шесть лет он проработал в Челябинске, сначала участковым, затем оперуполномоченным уголовного розыска.

Фотографией Васильев увлёкся в 1962 году. Первые снимки он сделал фотоаппаратом «Смена», самой распространённой тогда камерой. Этот простой «народный фотоаппарат» стоил 15 рублей и был доступен всем. Резкость наводилась по шкале примерного расстояния до объекта, так что чёткий кадр удавался лишь опытным фотографам, или по счастливой случайности. Зато модный сейчас художественный расфокус получался легко. Плёнка перематывалась вручную, часто застревала, и тогда на одном кадре появлялись сразу несколько сюжетов.

Вторую камеру — ФЭД-2 — у Васильева почти сразу украли. После этого он купил дорогой, но качественный красногорский «Зенит-С» с набором объективов и начал посещать занятия челябинского фотоклуба. Бытовые зарисовки местного участкового регулярно печатались в газете «Челябинский рабочий», а снимок «Подснежник и пчела» в 1964 году даже попал на обложку журнала «Советское фото».

Увлечение фотографией принесло и профессиональные плоды. Работая в Центральном РУВД Челябинска, Васильев по своей инициативе создал первую городскую криминальную картотеку.

Он фотографировал задержанных, чтобы потом можно было предъявить снимки потерпевшим для опознания преступников.

«Мне везде шли навстречу»

Васильев настолько увлёкся фотографией, что решил оставить работу в милиции и посвятить себя ей полностью. Ему помогли обстоятельства. Сергей Григорьевич вспоминал: «В декабре 1968 года меня пригласили на беседу в обком партии и предложили стать фотокорреспондентом в новой газете 'Вечерний Челябинск'. Долго не раздумывая, я согласился и стал заведующим отдела фотоиллюстраций и одновременно фотокорреспондентом 'Вечерки'».

Первый номер «Вечернего Челябинска» вышел 31 декабря 1968 года. На его первой полосе были фотографии Сергея Васильева: портрет председателя горисполкома и площадь Революции с новогодней ёлкой.

Как фоторепортёр, Васильев часто выходил за рамки обычного. Выполнив задание редакции, он искал что-то ещё более интересное, снимая уже для себя. Так, после съёмок в челябинском роддоме появилась его знаменитая серия «Рождение человека», принёсшая автору в 1978 году мировое признание и первую премию «Золотой глаз» на конкурсе World Press Photo в Амстердаме.

В челябинской «Вечерке» Сергей Васильев проработал 40 лет. После того как к нему пришла мировая известность, ему не раз предлагали престижную и высокооплачиваемую работу в столице, в том числе в качестве личного фотографа первых лиц государства — Михаила Горбачёва и Бориса Ельцина. Каждый раз Васильев отвечал отказом. Отказал он и столичным «Известиям».

Это же было особое российское счастье: из глубокой провинции переехать в Москву! Но я отказался, мне и в Челябинске было хорошо.

Васильев до конца жизни оставался верен Челябинску, что не помешало ему добиться мирового признания. Удивительно, но участвовать в международных фотовыставках и выезжать за границу из Челябинска было проще, чем из Москвы или Ленинграда. Челябинский журналист получал ведущие иностранные фотожурналы и был в курсе всех мировых тенденций в фотожурналистике и художественной фотографии.

«Уверен, столица Южного Урала — лучшая площадка, где можно работать и творить, — объяснял своё нежелание переезжать Васильев. — Здесь и люди особые. Мне везде шли навстречу, в любой организации и системе».

Зона, татуировки и обнажённая натура

«Я всегда находил поддержку у тех, с кем работал, даже у девушек, которые относились ко мне с доверием», — рассказывал фотограф Васильев. Не случайно Сергей Григорьевич упомянул девушек. Одна из его самых известных серий — обнажённая натура. Девушки не просто доверяли челябинскому фотографу, они выстраивались в очереди на его съёмки.

В чёрно-белых фотографиях в стиле ню мастеру удавалось сочетать красоту и эротику, индивидуальность и высокий стандарт.

В СССР, с его пуританскими нравами и отсутствием «секса», фотограф никогда не сталкивался с проблемами из-за этой работы. Более того, его снимки печатались в официальной прессе и демонстрировались на международных конкурсах и выставках. Все съёмки этой серии он делал бесплатно.

Красивые виды, рассветы-закаты, белочек и архитектурные памятники Васильев почти не снимал. Его стихией был социальный репортаж. В 1990-е годы Васильев снимал нищих, бездомных, беспризорников, наркоманов. Находил их в подвалах, на чердаках, в реабилитационных центрах и местах заключения, нередко с большим риском.

Одной из самых известных фотосерий, над которой мастер работал в 1990-е, стал цикл «Зона».

Васильев объехал более 40 мужских и женских тюрем и колоний, включая знаменитые «Кресты» и «Чёрный дельфин», где пожизненно содержались самые страшные преступники.

Он знакомился с героями своих фотографий, разговаривал, узнавал их истории. По словам Елизаветы Фурдиловой, внучки Сергея Григорьевича, снимая эту серию, «дед постоянно находился в этом быту, в этом настроении, пропитывался им». Многие истории поражали даже бывалого опера. Он рассказывал их близким. Вот одна из них:

Снимая серию «Свидания», Васильев познакомился с интеллигентным, образованным мужчиной с грамотной речью. На свидание к нему привезли маленького сына. Мальчик жил в интернате, потому что над ним некому было взять опеку. Как выяснилось, отец из-за бытового конфликта зарезал его мать, бабушек, дедушек и всех других родственников. Через десять лет фотограф встретил на зоне уже этого мальчика, который вырос и повторил судьбу отца, став убийцей.

Фотографии этого цикла вошли в авторский фотоальбом «Zonen» (1994) и в многочисленные энциклопедии криминальной татуировки, например, в Russian Criminal Tattoo Encyclopaedia (2008). В конце 2012 года «Зона» была представлена в Saatchi Art — одной из самых влиятельных и посещаемых лондонских галерей современного искусства — в рамках групповой выставки Gaiety Is The Most Outstanding Feature Of The Soviet Union.

«Плёнка заставляет думать над каждым кадром»

Васильев предпочитал плёночную камеру, считая, что она «заставляет думать над каждым кадром». На протяжении всей карьеры фотограф оставался верен авторской печати и в основном чёрно-белой гамме. Он добивался исключительной выразительности за счёт тонких тональных переходов и игры светотени.

«Дедушка принципиально не снимал на цифру, хотя ему постоянно дарили дорогие профессиональные камеры, — рассказывает внучка мастера. — И презирал съёмку на телефончики. Мне он говорил: 'В ваших коробочках 1000 кадров, а у меня 36, и я над каждым думаю. Цифра не включает голову, а плёнка заставляет думать над каждым кадром'».

Он был очень классным дедушкой. Он привил мне ценности, в соответствии с которыми я теперь живу.

В 80 лет Васильев создал в Челябинске музей фотографии, купив и переоборудовав трёхкомнатную квартиру в центре города. К сожалению, после смерти мастера в 2021 году музей просуществовал недолго. 16-летняя внучка, унаследовавшая музей, не смогла поддержать его ни материально, ни физически. Помощи от города, почётным гражданином которого был Сергей Григорьевич Васильев, тогда не последовало.

Однако наследие Васильева сохранено. Фотоархив, награды и экспонаты музея хранятся у внучки. Вышло около десятка альбомов его работ. В России и за рубежом проходят выставки его фотографий, лучшие из них украшают музейные экспозиции. Замечательного советского и российского фотографа помнят и ценят.